The Old Dacha

This is a student film: I was studying documentary filmmaking at VGIK (Russian State Institute of Cinematography). At VGIK scholarship students were allotted very little money and very little film. For this film we received 900 meters of film, the film was supposed to be 10 minutes long.  As you can see, the ratio comes out to 1:3.

From my previous experience, I knew that it was practically impossible to make a good documentary film with this kind of film ratio. That’s why I called upon my friend, screenwriter Elena Shirokovskikh. We came up with a  live action concept right out of our heads, but, of course, it was based on real events.

Both Elena and I have our first degree in Journalism, and it is quite possible that everything that has to do with this profession is deeply ingrained in us. We cannot help but be affected by the events of the past or the current happenings. The narrative was based on the principle: "old+new=same as ever".

The walls of the old dacha, where we were shooting, remember the conversations, that are heard in the film. The stories from the dacha were shared with us by its old owner.

VGIK didn't want to give us permission to begin shooting. They read the screenplay and told us that this wasn't a documentary; and they were absolutely right. What could we do? We  were set on this story. It will be a documentary, we argued, because we won't have any actors in the frame. They believed us. Essentially, it sounded like complete nonsense: one doesn't necessarily follow the other and vice versa. However, you can see for yourself that we have no actors in this film: all you can see are the limbs of the crew members.

A smart viewer will figure out that the absence of the actual people is the real basis of our idea. Thousands of persecuted Soviet people remain faceless and opaque to the current generations; likewise, the murders of today's independent journalists will remain unsolved.

Thus inspired, we set out to make the film. When we were developing the story board with our cinematographer Irina Shatalova, for whom this work would be her first on film, some interesting visual solutions downed on us. They were strange but, it seemed, fit in with our concept. According to the film school standards we couldn't apply digital technologies to our work at the time. We were faced with a task of creating a transition from monochrome to color several times throughout the film. This is why Irina first would shoot the scene with the black-and-white film, develop it, cut out one frame from the negative and attach it to the pentaprism in her camera. Or whatever the cinematographers call that thing? While the film was being developed, our set designer Aleksandr Kharin would block the set with "DO NOT CROSS" police tape, as if it were a crime scene, so no one would touch or move anything there. Then Irina would match up the negative with the new start frame and would shoot it with  the color film. As a result, it wasn't difficult to create the double exposure in post-production and combine the two images.

If you are still interested, I will share a few fun details.

During the filming the dacha almost crumbled to smithereens. The neighbors called the police a few times because of the noise of the generator. Finally, I must admit that we did have two professional actors in our film. The Cat and the Toad. The first lived at the dacha, the second in the puddle near the dacha. Our assistant cinematographer, Vanya, was desperately trying to catch the Toad several nights in a row. At the very last moment he succeeded. We only had 30 meters of film left and our professional actors were up to the task, completing the scene on the first take. After that, we all kissed the toad and sent her back to her wet kingdom.

It has been five years since we finished this short. Of course, during this time, we continued to learn, and came to understand that not everything was perfect in the film and not everything came out the way we wanted it to. Nevertheless, it remains very dear to us, because it was our first important experience with film and a proof that, if you really want it, you can make your idea a reality.

(Translation by Anna Nieman )

*** ***

Original Russian text—

Старая дача

Этот фильм – курсовая работа. Я, то есть режиссер, училась во ВГИКе на режиссерском факультете в мастерской неигрового кино. Во ВГИКе бюджетным студентам на съемочные работы выдавали немного денег и немного плёнки. На курсовую работу мы получили 900 метров кинопленки. Фильм должен был длиться 10 минут. То есть, как вы понимаете, расход составлял 1:3.

По опыту прошлой учебной работы я понимала, что почти невозможно снять хорошее документальное кино с таким соотношением кинопленки. Поэтому я позвала свою подругу сценариста Елену Широковских, и мы придумали игровой сценарий из собственной головы, но, конечно, опираясь на что-то реальное в жизни.
По первому образованию мы с Еленой журналисты, и, вполне возможно, что всё, что связано с этой профессией, сидит в нас где-то глубоко-глубоко, и какие-то факты прошлой и современной жизни не могут нас не волновать. Сюжет родился по принципу «старое + новое = изменений нет».

Стены старой дачи, где снимался этот фильм, помнят диалоги, которые слышны в фильме. Истории этой дачи рассказывала нам её старая хозяйка.

Во ВГИКе нас не хотели запускать на эти съемки. Там читали сценарий и говорили, что это не документальное кино. И были правы. Но что нам было делать? Ведь хотелось снять уже именно эту историю. Мы сказали, что кино будет документальным, потому что ни в одном кадре не будет актеров. Нам поверили. В сущности, всё это звучало как полный бред. Одно из другого совсем не следовало и наоборот.
Впрочем, как вы можете сами убедиться, в фильме, действительно, нет актеров в кадре. Там есть только руки и ноги членов съемочной группы.

Умный зритель догадается, что изначально отсутствие конкретных портретов в фильме – и есть основа замысла. Тысячи репрессированных советских людей до сих пор остаются для сегодняшних поколений безликими и стёртыми. А, в свою очередь, убийства нынешних независимых журналистов никогда не раскроются.

Вот с таким пафосом мы принялись за дело. Когда мы с оператором Ириной Шаталовой, для которой эта работа должна была явиться первым фильмом на кинопленке, делали раскадровки, к нам в гости пришли кое-какие визуальные решения. Они были странные, но нам казалось, что они отвечали замыслу.
Мы тогда не могли применять компьютерные технологии согласно требованиям обучения, а ведь перед нами стояла задача, например, сделать несколько переходов по фильму из монохромного изображения в цветное. Поэтому Ирина снимала сначала кадры на черно-белую пленку, проявляла её, вырезала один кадрик (frame) с негатива и приклеивала его на пентапризму кинокамеры. Или как там это у операторов называется? Пока пленка проявлялась, художник Александр Харин ограждал интерьер лентой, как место убийства, чтобы никто там ничего не трогал и не двигал. Затем Ирина совмещала изображение негатива с готовым к съемке новым кадром, и его снимала уже на цветную пленку. В итоге в постпродакшн было несложно осуществить двойную экспозицию и совместить два изображения.

Если вам еще интересно читать, то расскажу еще пару забавных деталей.
Во время наших съемок дача чуть не развалилась на четыре стороны света. А соседи пару раз вызывали милицию из-за ревущего генератора, который не давал им покоя.
Ну, и, наверное, стоит признаться, что в кино все же были две настоящие актрисы: кошка и жаба. Первая жила на этой даче. А вторая жила около дачи в луже. Ассистент оператора Ваня отчаянно ловил эту жабу несколько ночей. И поймал её в самый последний момент. У нас оставалось 30 метров пленки и наши профессиональные актрисы справились с задачей, сыграв сцену с одного дубля. После этого жабу все поцеловали и отправили обратно в свое мокрое царство.

Прошло уже 5 лет с момента создания этой короткометражки. Конечно, за это время мы продолжали учиться, и всё лучше понимали, что не всё удалось и не всё получилось в этой работе. Но она остается для нас дорога, потому что является первым и важным кино-опытом и примером того, что можно добиться реализации своего замысла, если очень этого желать.

Спасибо вам за внимание.